Хотите - верьте, хотите - нет

там и с чем может расколоться, если где-то три попа «толоконных лба» о чем- то договорились и спели «Алилуя»? (Если уж впадать в азарт народной этимологии, то и имя Нестор (автор Повести Временных лет) ничем не лучше. Произносится «Нестар», что с очевидностью читается «не стар». В приложении к предмету, получается, что древнейшая русская летопись, подлинность которой ставится под вопрос самыми разными специалистами, как бы помечена - «не стара», то есть является плодом «позднего творчества», а попросту новоделом тоже примерно рубежа 17-18 веков). Заблуждение четвертое: мирная христианизация. В рассказе Куприна «Олеся» добрые миряне до полусмерти избивают знахарку и травницу Олесю, у которой сами и лечатся, когда слово божье дает сбой. Избили и вынудили сбежать в далекие края на том лишь основании, что якобы она насылала беды на селение. Так показалось. 1898 год. Добро пожаловать в Тысячелетнюю Православную Русь! Возлюби ближнего своего! Бог – это Любовь. Незадолго до этого в Казани проходил Третий православный съезд, где одним из главных докладчиков был митрополит Мелетий, управляющий Рязанской епархией. Он предложил проект создания концлагерей за полярным кругом для евангельских штундо-баптистов. Был им продуман и минимальный рацион питания, позволяющий с одной стороны верующему не умереть от голода, но с другой не жить нормальной жизнью. Убеленный сединой «святитель» позаботился и о пулеметных вышках, и о рядах колючей проволоки вокруг деревянных бараков для мужчин и женщин. Евангельских христиан предполагалось загружать «непосильным трудом». Проект был поддержан участниками единогласно. Николай II отклонил его по той лишь причине, что баптисты всего мира забросали царя недовольными письмами, а венценосные коллеги пообещали ему серьезные трудности. А вы думали, кто придумал концлагерь? Если исходить из известных исторических и церковных документов, то новая вера, призванная создать духовные скрепы для всего народа, отнеслась к прежней вере самого народа без пиетета. «Средневековая церковь, ревниво истреблявшая апокрифы и сочинения, в которых упоминались языческие боги, — отмечал академик Б. А. Рыбаков, — вероятно, приложила руку к уничтожению рукописей, подобных «Слову о полку Игореве», где о церкви сказано мимоходом, а вся поэма полна языческими божествами». И если бы только рукописи. Церковники старались рьяно. Архиепископ Макарий, например, написал в 1534 году окружную грамоту и послал ее со своим иеромонахом Илией, где велел «по всем чудским и ижорским местам, в селах, деревнях и лесах разорять и истреблять огнем языческие мольбища, дерева и камни», а население кропить святой