Послесловие. Книга 5. «СветЛый Веник» Н. Левашова в «Банном Деле» А. Хатыбова и Трудовая Лопата

Ф. Шкруднев «СветЛый Веник» Н. Левашова в «Банном Деле» А. Хатыбова и Трудовая Лопата 9 много схожих слов с прежней славянской речью, но это не означает зеркальность её применения. Надо научиться их понимать и применять. Упрощать транслируемый язык НЕ ИМЕЕТ СМЫСЛА по причине того, что происходит искажение информации, которую воспринимает Мозг, отторгая то, что он не понимает. Особенность русского языка в его образности, он самый утончённый по восприятию материальных и нематериальных образов, по их мироощущению и, в этой связи, он самый ранимый. Он мощный словом, но словом и раним! По этой причине надо быть БОЛЕЕ ТЕРПИМЫМИ и стараться воспринимать получаемые материалы без искажения текста и хотя бы в ознакомительном плане, и в плане некоего привыкания на слух и приступить к изучению старославянского «зычания». Это действительно идёт от истинной Системы Управления. Поэтому и необходимо привыкать – это будет наш новый формат языкового общения. Тот, человек, которым мы себя называем, далёк от того, которым считаем. Приписав самим себе какую-то высокую степень сознательности и самостоятельности, подчёркнутую разными нелепицами из религиозных, атеистических, эзотерических и прочих (это уже непринципиально в силу генеральной функции ограничения, которая присуща всему перечисленному) списков даров, способностей (на выбор), мы неосознанно уже только вот этим, КАПИТАЛЬНО ОГРАНИЧИЛИ даже ту небольшую возможность собственного развития, которая всё-таки сохранилась у части людей в рабочем состоянии. Ничем принципиально не отличается, например, любая порицаемая общественностью среднестатистическая секта с обязательным набором из комплекта «лидер плюс последователи» , приправленным какими-нибудь диковинными обрядами и неясными догмами, – и узкое научное направление – там тоже обязателен лидер, которого нужно почитать и продвигать; со своими последователями (научные сотрудники нижнего и среднего звена), и вполне диковинными обрядами и догмами, которым соответствуют экспериментальная и теоретическая части научной работы. Науке как бы проще только потому, что общество должно её поддерживать «морально» и финансировать «материально», а секты находятся на самообеспечении и порицаемы большинством. Но схема сознания, работавшая у человека и приданная ему в имевшейся конструкции, НЕ ДОПУСКАЛА бóльших отклонений, кроме разрешённых – как раз и проявляющихся богатым, по нашим меркам,