НЕстатьи – За пределами текста: Перехват истины-механизм управления… (118_серия 369)

8 становится возможным то, что ещё недавно было немыслимо: на христианском соборе председательствует языческое божество и верховный языческий жрец. С точки зрения логики — это абсурд. С точки зрения Системного Управления — это идеально. Потому что в этот момент происходит ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ СМЕЩЕНИЕ центра: истина больше не принадлежит учению. Она закрепляется за властью. Именно здесь завершается переход: от Храма как духовного центра к Власти как центру управления. Но к этому моменту власть Римской империи уже почувствовала главное — технология работает. То, что ещё недавно выглядело невозможным, начинало становиться допустимым. А затем — привычным. В этом заключается принципиальный момент Системного Управления: границы допустимого определяются не логикой, а СТЕПЕНЬЮ АДАПТАЦИИ восприятия. Рим видел: если продолжить движение, можно провести то, что раньше показалось бы безумием. И он это сделал. Первая проблема — невозможность признать человека источником истины — решается изящно. Вводится КОНСТРУКЦИЯ «СОШЕСТВИЯ». Объявляется, что на собор по молитвам сойдёт Святой Дух, который покроет всех присутствующих. Следовательно, решения принимает не человек. Люди — лишь приёмники. Они не создают истину —они её принимают. И здесь происходит ключевая подмена: источник решения переносится из уровня обсуждения на уровень «откровения». А значит — выводится из зоны критики. Но даже в этой конструкции необходим главный «приёмник». Им, разумеется, становится тот, кто уже обладает властью. Император. Таким образом решается и вторая проблема. Если решения объявлены НЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИМИ, а «данными свыше», то председательство императора перестаёт быть нарушением. Он уже не участник процесса — он его канал. И в этот момент логика окончательно уступает вере. Любое несогласие теперь трактуется не как иное мнение, а как сопротивление божественной воле. А значит — КАК ЕРЕСЬ . И потому подлежит не обсуждению, а подавлению. С точки зрения Системного Управления — это идеальное решение: истина становится недискуссионной, а несогласие — наказуемым. Но даже при такой конструкции остаётся очевидный абсурд. Император — языческий жрец. Он — носитель другой религиозной системы. Ещё совсем недавно сама мысль о том, что он будет определять христианскую истину, была невозможна. Однако к этому моменту восприятие уже подготовлено. Система сделала главное — она СНИЗИЛА ЧУВСТВИТЕЛЬНОСТЬ к противоречиям. Поэтому то, что раньше вызывало бы отторжение, теперь проходит как «норма». Император Константин I в этом смысле является идеальным носителем новой модели. Он не отказывается от язычества. Не разрывает с прежней системой. Он её