События древнейшего прошлого и предпосылки событий настоящего в свете новых знаний - Сборник Статей Александра Яковлева

20 все тоены перед этим получили щедрые подарки, в разные руки были вручены 4 конверта в расчете, что хоть один дойдет до Креницына. Кожаная лодка алеутов. Справа весло для этой лодки Почти через месяц, 22 апреля, вернулся только макушинский тоен и, возвратив конверты, сообщил, что в пути собралось до 100 байдарок, но у о-ва Кугалга они услышали, что унимакцы намерены их перебить, и большинство разъехалось. Только он с 30 байдарками решился следовать далее, но на о-ве Унимак был задержан и ограблен местными, которые предупредили, что тот, кто отважится идти к русскому судну, будет убит. Тоен узнал, что до судна оставалось два дня пути и что местные туда не ездят. Левашов предположил, что речь идет о «Св. Екатерине», и стал готовиться к походу. Случайность позволила связаться с Креницыным: 2 мая житель о-ва Акутан привез «в ясак старого бобра из парки», сообщил о русском судне на Унимаке и, получив подарки, согласился отвезти письмо (чтобы не обманул, в аманатах оставили его родного брата). Алеут, едущий по морю в байдарке. Попытка была успешной. Рано утром 10 мая 1769 г. команда «Св. Екатерины» увидела байдарки с алеутами, которые кричали: «Капитан Левашов!» и поднимали «шестик с привязанным белым холстинным платком». Сойдя на берег, они вручили Креницыну письмо от Левашова и были щедро одарены. В ответном письме Креницын сообщил, что из- за понесенных потерь и болезни большей части оставшейся команды выйти самостоятельно к зимовке гукора он не может, и приказал идти к нему. Получив это письмо 21 мая, Левашов стал спешно готовиться к походу. К этому времени его положение стало достаточно тяжелым: людям было негде высушиться из-за недостатка дров, стало больше больных, которых перевели на корабль, остальные разместились под байдарами, а «юрты» пустили на дрова. К исходу зимовки были описаны только «гавань Св. Павла и губа Игунок», описать же всю Уналашку «за множеством больных... было некем...». На месте зимовки был установлен деревянный крест с надписью, кто и когда здесь зимовал. С собой взяли мальчиков-алеутов: четверо сирот в возрасте 7-12 лет, жившие до этого в голоде и грязи, были куплены у алеутов Левашовым, Дудиным и Шабановым;