Статьи НИИ Центра Упреждающих Стратегий

269 ныне в Переходный период – очищения и просветления! Может быть, пусть и остается пока блаженна суть трепетного ожидания в поисках панацеи от всех недуг! Готовы ли люди получить исчерпывающие познания истины о самих себе и даже возможном обретении как бы некой условной «вечности» , яко биологического долгожития индивидуально для себя, будучи не гарантированными от нависшей над ними угрозы в не удержании от искушения при возникающем желании уничтожать других, себе равных? Ответ очевиден и думы об этом горечны, но темпы и уровень неуправляемости в росте проявления жестокого животного передельного эгоизма и реально воплощенного бунта сознания в глобальных масштабах мирового сообщества, стали неумолимой угрожающей реальностью (пока на Переходный период) обретенного цивилизационного тупика, а не развития. Но наступает и иное событийное время, формируется иной путь цивилизационного развития. Это суждение на концептуальном уровне иного миропонимания, чуждого всему предшествующему поклонному состоянию вещного применения людей. А на светском уровне суждений как бы весьма просто и легко объясняется уложение вынужденного консерватизма в развитии медицины: Это зависит от того, что явления, происходящие в живых существах, бесконечно сложнее явлений неорганической природы; действительно, они соединяют в себе свойства неорганических тел с другими свойствами, принадлежащими исключительно им как живым телам. Поэтому нас не должен удивлять этот последовательный ход естественных наук. Мы начинаем с самых простых фактов, чтобы затем постепенно перейти к более сложным. Поэтому в физике и химии наука в некотором отношении создана; в медицине, наоборот, мы еще далеки от цели. Мы все еще в эмпирическом периоде, но понемногу свет проясняется, частные теории соединяются, давая место более общим взглядам, и, хотя медицинская наука еще далеко не основана, она все же с каждым днем обрисовывается яснее своими контурами. Однако, извне людям попустило так, что с давних времен (с момента начала интервенции Земли) многовариантному врачеванию был дарован путь экспериментальной патологии , который заключался в изучении механизма болезней, т. е. по сути, вершились попытки осознать саму «механику» проистечения аномальных состояний организма, что есть в нём самое сложное. На практике он показал свои ограниченно рамочные определенные возможности, изучая предмет заболевания с многих последовательных соборных сторон. Это путь кропотливый и длительный для обретения результата, но всё равно весьма поверхностный и по завершении материалистического этапа познания он также завершил свою актуальность, исчерпал по сути свои возможности. В биологических науках нужно было сначала описать и классифицировать животных и различные иные «предметы», которые представлены нам по жизни от природного естества (в смысле мы их не создавали). Так же точно, в ранние времена изучали и болезни. Но, кроме этого, делали еще и усилия лечить их, не имея практически ничего, кроме волнующего душевного состояния милосердия от «природной» сестринской заботы и возвышенного чувства непременных обязательств в оказании помощи всякому страждущему, и никакого точного понятия ни об анатомии, и ни о физиологии. В более близкую к нам эпоху медицина вступила во второй период своей научной эволюции, который в науках зоологических был представлен нормальной анатомией, а в медицинской сфере – патологической анатомией. Но в физиологии одно простое состояние уровня в познании анатомии трупа так же недостаточно, как и в медицине. Медицина прибегла