КНИГА 5. Сложность и степень ложности (Баня для простоты).

Книга 5. Сложность и степень ложности. Предисловие. Как «выглядит» мелодия знаний для веника, бани и лопаты 6 испорченный телефон. Детство заканчивается – Мидгард-Земля на пороге второго класса развития, требующего иных состояний планеты и возможностей Мозга живущих на ней. И будущие выпуски новостей на ней явно будут проходить без слов диктора и искажений картины журналистами и редакторами (если вообще эти новости понадобятся), ну, если только графический редактор для мозга «цифровизаторы» не придумают. Но это вряд ли – Мозги не для этого «даются». За фальшью происшедшего – иллюзии предполагавшегося будущего. В него ещё можно заглянуть из любопытства или избежать встречи с чужими планами – хватит наблюдаемого сегодня ожесточения прошлого в стремлении повернуть известное колесо вспять. Иллюзии как туман, мешают «приземлиться». Самолёты вынуждены кружиться в поисках заветной полосы или ожидать природной милости, им сложнее – зависят от чужих «капризов». Людям проще – уже могут насладиться свободой, наступившей благодаря смене Системной власти на планете, главное – правильно рассчитать «принятую» дозу (особенно в борьбе с остатками прошлого в себе и «на верху»), чтобы последствия ликвидации «неволи души» не привели в иную неволю. Устин Акимыч («Тени исчезают в полдень»), сам того не зная, давно выработал хороший механизм «рассеивания тумана». Его применение к уже известным крупным сентябрьским событиям в США – заразительный пример и интересный результат для тех, кто заглянет в Книгу, или сам пройдёт тропой «сомневаюсь я, однако», «прорубая» своё «окно в Европу», не забывая в сим Труде про ветер, который подует из него, способный оказаться опасным для идущих следом. А такая Книга – не только лучший подарок как вообще оные, но и надёжное средство от вредных «сквозняков». В этом её уникальность гарантирована. Рождённая в Труде уже пятая книга «Светлого Веника» Н. Левашова в «Банном Деле» А. Хатыбова и Трудовая Лопата» вновь подгоняет читателей Веником в Баню после Труда Лопатой, выбирая для этого «пропущенные» ранее места «в голове»