КНИГА 5. Сложность и степень ложности (Баня для простоты).

Книга 5. Сложность и степень ложности. Глава 8. Что же было в начале… 598 всех возможных чисел немногими цифрами. Не будет без него твёрдо стоять на своих ногах и общечеловеческая лингвистика, потому что вместо того, чтобы идти в своих изысканиях кратчайшим и выровненным путём, ей придётся ходить косыми и запутанными тропинками. Мы видели уже образчики современных попыток решить этот вопрос с обычными алфавитами. ОСОБЕННО ВОЗМУТИТЕЛЬНА русская азбука, годная только для порчи глаз, так как толстые столбики её ни к чему не служат, благодаря своей частоте, и читаем мы лишь по едва заметным чёрточкам, соединяющим их. Возьмём хоть образчик: шипи, пиши, пищи, ищи, пни... Не насмешка ли это над здравым смыслом? Сколько нужно потратить напрасного труда, чтобы привыкнуть по ним читать хотя бы на одних европейских языках! Какими бы точками, чёрточками, колпачками и крючочками мы ни прикрывали наши случайные азбучные значки, мы будем так же путаться в этой области, как путались и в арифметике, пока каждый народ пытался без всякой системы изображать числа различными буквами своего алфавита. Для того чтобы с успехом отправиться в далёкий путь какого-нибудь сложного научного исследования, НЕОБХОДИМО ИМЕТЬ , кроме лошади, т. е. представителя упорного индивидуального труда, – ещё и подходящую упряжь, иначе мы будем представлять нечто вроде путешественника, который сел в старое корыто и поехал в нём в лесную чащу, держась руками за хвост своей лошади. Современная упряжь сравнительной лингвистики, т. е. различные варианты современных наших азбук, МАЛО ПРИГОДНА для общечеловеческих исследований, потому что эти варианты придуманы совершенно случайно – каждая система лишь для данного языка, а не для всего человечества сразу, какой должна быть действительно научная система. Конечно, лучше всего было бы установить систематическую азбуку всенародным конгрессом, но опыт показывает, что этот аппарат слишком громоздок и, что всего хуже, обладает, как и всякий коллектив, большим внутренним трением. Почти все великие