Проект 369 – Россия. Продолжение Образа, которого еще нет… (85_серия 369)

7 радость. Не радость обладания или достижения, а радость как бытийное состояние. Радость от самого факта существования, от того, что ты жив, что есть Свет, что ты способен чувствовать. Ценность НЕ ВОЗНИКАЕТ из пустоты. Она не первична. Она — отражение значимости. Значимость — это то, что соединяет внешнее с внутренним. Мир с человеком. Предмет с духом. А в центре всего — идеал. Это не просто мечта, не просто высокая цель, а форма СМЫСЛОВОГО КРИСТАЛЛА, через который человек выстраивает своё отношение к реальности. Идеал — это та идея, которая насыщена жизненной значимостью. Она не требует доказательств — она переживается. Здесь стоит напомнить и о категориях, которые часто забываются, но без которых ценности НЕ ОБРЕТАЮТ своей полноты: размах жизни, её диапазон, интенсивность, глубина. Человек, живущий узко, сжато, в страхе, НЕ МОЖЕТ по-настоящему обладать ценностями. Ценности живут там, где есть душевная щедрость. Где есть широта, открытость, способность принимать и отдавать. Ценности — это не только что ты выбираешь, но насколько ты способен жить этим выбором. И потому, если в жизни человека отсутствует проявление диапазона, глубины, яркости, если нет подлинного стремления к преодолению, если душа замкнута на бытовом — говорить о наличии ценностей СТАНОВИТСЯ ПРОБЛЕМАТИЧНЫМ. Ценности — не набор понятий, а способ существования. Это свет, идущий изнутри. Это радость, становящаяся смыслом. Это любовь, принимающая форму. Это высшее напряжение духа, направленное в мир. И только в этом напряжении ценности начинают звучать. Всё остальное — шум. Физиологически человек всегда находится в готовности к действию — его организм, нервная система, энергетическая конструкция располагают к поступку. Но он не совершает действия, пока не обнаружено основание: смысл, цель и ценность. Без этой внутренней связки ВНЕШНЯЯ АКТИВНОСТЬ теряет вектор, разряжается в пустоту. Профессор А. И. Юрьев, в частных беседах со мной, справедливо указывал на то, что менталитет — это НЕ НАБОР установок и культурных особенностей, как его трактуют социологи, а нечто куда более живое и глубокое. Это — уровень возбуждения, состояние готовности, которое фиксируют исследователи высшей нервной деятельности. Это — физиологически наблюдаемая конфигурация жизни в человеке. Такой подход раскрывает менталитет, как форму содержательной организации внутреннего потенциала. В физиологическом контексте МОЖНО ПРОВЕСТИ аналогии: подвижность нервной системы — это аналог смысла, динамика — цели, уравновешенность — ценностей, а сила — жизненной энергии. Эти параметры не просто биологичны, они определяют ГОТОВНОСТЬ ЧЕЛОВЕКА к духовной и социальной жизни. Без внутренней содержательности вся эта мощь остаётся латентной, неразвернутой. Поэтому человек — силен только тогда, когда его сила встроена в содержательную систему. Иначе она разрушительна или рассыпается в бездействии. История знает множество случаев, когда люди, физически ограниченные — глухие, слепые, парализованные — достигали вершин влияния и духовной силы. И так же известны тысячи примеров, когда здоровые телом люди проживали жизнь в