Откровение. Детство

поэтому её собственная жизнь для Изидоры была важна до тех пор, пока она могла бороться с этим монстром, и единственное, что ей удалось – выстоять самое страшное: наблюдать за казнью близких ей людей и не сломаться. Единственное, о чём жалела в этот момент Изидора, так это о том, что так и не смогла уничтожить этого монстра в челове- ческом обличии... Его защита осталась непробиваемой, несмотря на многочисленные её попытки. Тем временем пламя уже подобралось к её ногам, начала тлеть одежда, ещё совсем немного — и она превратится в пылающий факел... Изидора не стала дожидаться этого момента... Она сосредоточилась на своём сердце и силой своей мысли заставила его сокращаться всё реже и реже, и вот... её сердце дёрнулось последний раз… и остановилось навсегда... Изидора быстро и легко покинула своё тело и уже со стороны наблюдала, как жадные языки пламени стали по- жирать тот сосуд жизни, который она только что покинула... Изидора не стала дожидаться того, как сгорит в пламени её тело. Она обратила взор на своего врага... Караффа с досадой наблюдал за тем, как в пламени костра сгорает его надежда стать без(с)смерт- ным. Он так и не смог сломать эту женщину... Его лицо как-то сразу осунулось и постарело... Именно таким его увидела Изидора, покинув своё тело... и увидев, поняла, как устроена защита Караффы... Его за- щита была построена на магии мёртвых, и только покинув своё тело, Изидора смогла увидеть это... Как же она не могла этого понять раньше! Всё-таки Тёмные мыслят совсем по-другому... Но теперь она знала, и она не стала медлить! Пока ещё она была полна силы, пока ещё её горев- шее в пламени костра тело выбрасывало жизненную силу, она была пол- на силы... Изидора стала быстро расплетать узоры непробиваемой ранее защиты Караффы, и вскоре эта защита полностью исчезла... И вот на- ступил момент истины и справедливости... Изидора никогда не думала, что это случится после её смерти, но... важно было то, что она наконец- то получила шанс остановить этого папу-монстра. Она собрала всю свою боль, всю свою скорбь по уничтоженным Караффой одарённым и на- несла по нему удар... В этот удар Изидора вложила всю ту нерастрачен- ную любовь матери, жены, дочери, всю нерастраченную веру в светлое, и выплеснула всё это на Караффу. Караффа неожиданно для всех сначала схватился за свою голову и, свалившись на мостовую, стал извиваться на мостовой, как змея, продолжая держаться своими руками за голову, Том 2. Послесловие 773