Откровение. Детство

Я никогда не понимала людей, которые вечно были чем-то не- довольны и постоянно жаловались на свою, всегда неизменно «горь- кую и несправедливую» судьбу... И я никогда не понимала причину, которая давала им право считать, что счастье заранее предназначено им уже с самого их появления на свет и, что они имеют, ну прямо-таки «законное право» на это, ничем не нарушаемое (и совершенно неза- служенное!) счастье... Я же такой уверенностью об «обязательном» счастье никогда не страдала и наверное поэтому не считала свою судьбу «горькой или несправедливой», а наоборот, была в душе сча- стливым ребёнком, что и помогало мне преодолевать многие из тех препятствий, которые очень «щедро и постоянно» дарила мне моя судьба… Просто иногда случались короткие срывы, когда бывало очень грустно и одиноко, и казалось, что стоит только внутри сдаться, не искать больше причин своей «необычности», не бороться за свою «недоказанную» правду, как всё сразу же станет на свои места… И не будет больше ни обид, ни горечи незаслуженных упрёков, ни ставше- го уже почти постоянным одиночества. Но на следующее утро я встречала свою милую, светящуюся, как яркое солнышко, соседку Леокадию, которая радостно спрашивала: — Какой чудесный день, не правда ли?.. И мне, здоровой и сильной, тут же становилось очень стыдно за свою непростительную слабость и, покраснев, как спелый помидор, я сжимала свои, тогда ещё маленькие, но достаточно «целеустремлён- ные» кулаки и снова готова была кинуться в бой со всем окружающим миром, чтобы ещё более яростно отстаивать свои «ненормальности» и саму себя… Помню, как однажды, после очередного «душевного смятения», я сидела одна в саду под своей любимой старой яблоней, мысленно пыталась «разложить по полочкам» свои сомнения и ошибки, и была очень недовольна тем, какой получался результат. Моя соседка, Леокадия, под своим окном сажала цветы (чем с её недугом было очень трудно заниматься) и могла прекрасно меня видеть. Наверное, ей не очень понравилось моё тогдашнее состояние (которое всегда, несмотря на то, хорошее оно или плохое, было написано на моём лице), потому что она подошла к забору и спросила —не хочу ли я позавтракать с ней её пирожками? Я с удовольствием согласилась — её присутствие всегда было очень приятным и успокаивающим, так Светлана Левашова «Откровение». Детство 64