Откровение. Детство

бирался… Он терпеливо выслушал меня, не обращая внимания на мою колкость. Потом поднялся и спокойно произнёс: — Если Вас интересует история этих еретиков — не откажите себе в удовольствии, сходите в библиотеку. Надеюсь, Вы всё ещё помни- те, где она находится? —Я кивнула. — Вы найдёте там много интерес- ного. До встречи, мадонна. —У самой двери он вдруг остановился. —Да, кстати. Сегодня Вы можете пообщаться с Анной. Вечер в Вашем полном распоряжении. — И, повернувшись на каблуках, вышел из комнаты. У меня резко сжалось сердце. Я так страдала без моей милой девоч- ки! Так хотела её обнять! Но радоваться особо не спешила. Я знала Караф- фу. Знала, что по малейшему изменению его настроения он мог всё очень просто отменить. Поэтому, мысленно собравшись и постаравшись не слишком надеяться на «светлое» обещание Папы, я решила сразу же вос- пользоваться разрешением и посетить когда-то сильно потрясшую меня папскую библиотеку. Немного поплутав в знакомых коридорах, я всё же довольно быстро нашла нужную дверь и, нажав на небольшой изящный ры- чажок, попала в ту же огромную, до потолка забитую книгами и руко- писными свитками, комнату. Всё здесь выглядело совершенно, как пре- жде — будто никто никогда не доставлял себе беспокойства, пользуясь столь дивным кладезем чужой мудрости. Хотя я точно знала, что Караф- фа тщательно изучал каждую, даже самую невзрачную книгу, каждую ру- копись, попавшую в эту потрясающую книжную сокровищницу… Не надеясь быстро найти в этом хаосе интересующий меня мате- риал, я настроилась своим любимым способом «слепого смотрения» (ду- маю, так когда-то называли сканирование ) и сразу же увидела нужный уголок, в котором целыми стопками лежали рукописи… Толстые и одно- листные, невзрачные и расшитые золотыми нитями, они лежали, как бы призывая заглянуть в них, окунуться в тот удивительный и незнакомый мне, мистический мир Катар, о котором я не знала почти ничего… но ко- торый безоговорочно притягивал меня даже сейчас, когда надо мной и Анной висела страшная беда, и не было малейшей надежды на спасение. Моё внимание привлекла невзрачная, зачитанная, перешитая грубыми нитками книжечка, выглядевшая выцветшей и одинокой среди множе- ства толстенных книг и золочёных свитков… Заглянув на обложку, я с удивлением увидела незнакомые мне буквы, хотя читать могла на очень многих, известных в то время языках. Это меня ещё более заинтересо- Том 2. Глава 41. Изидора-7. Катары 563