Откровение. Детство

её «лечить»... Вскоре на меня удивлённо глядели чистые, серые глаза... —Тихо, милая... Лежитихо. Я попробуютебе помочь, насколько это возможно. Но я не знаю, достаточно ли у меня будет времени... Тебя очень сильно мучили, и я не уверена, смогу ли всё это быстро «залатать». Рас- слабься, моя хорошая, и попробуй вспомнить что-то доброе... если сможешь. Девушка (она оказалась совсем ещё ребёнком) застонала, пытаясь что-то сказать, но слова почему-то не получались. Она мычала, не в со- стоянии произнести чётко даже самого краткого слова. И тут меня по- лоснуло жуткое понимание — у этой несчастной не было языка! Они его вырвали... чтобы не говорила лишнего! Чтобы не крикнула правду, когда бу- дут сжигать на костре... Чтобы не могла сказать, что они с нейтворили... О боже!.. Неужели всё это вершили ЛЮДИ??? Чуть успокоив своё омертвевшее сердце, я попыталась обратиться к ней мысленно — девочка услышала. Что означало — она была одарён- ной !.. Одной из тех, кого Папа так яростно ненавидел. И кого так звер- ски сжигал живьём на своих ужасающих человеческих кострах.... —Что же они с тобой сделали, милая?!. За что тебе отняли речь?! Стараясь затянуть повыше упавшее с её тела грубое рубище непо- слушными, дрожащими руками, потрясённо шептала я. — Не бойся ничего, моя хорошая, просто подумай, что ты хотела бы сказать, и я постараюсь услышать тебя. Как тебя зовут, девочка? — Дамиана... — тихо прошелестел ответ. — Держись, Дамиана, — как можно ласковее улыбнулась я. — Держись, не ускользай, я постараюсь помочь тебе! Но девушка лишь медленно качнула головой, а по её избитой щеке скатилась чистая одинокая слезинка... — Благодарю Вас... за добро. Но я не жилец уже... — прошелестел в ответ её тихий «мысленный» голос. —Помогите мне... Помогите мне «уй- ти». Пожалуйста. Я не могу большетерпеть... Они скоро вернутся... Прошу Вас! Они осквернили меня... Пожалуйста, помогите мне «уйти»... Вы ведь знаете — как. Помогите. Я буду и «там» благодарить и помнить Вас... Она схватила своими тонкими, изуродованными пыткой пальцами моё запястье, вцепившись в него мёртвой хваткой, будто точно знала — я и вправду могла ей помочь... могла подарить желанный покой... Острая боль скрутила моё уставшее сердце... Эта милая, зверски замученная де- вочка, почти ребёнок, как милости, просила у меня смерти !!! Палачи не Светлана Левашова «Откровение». Детство 444