Откровение. Детство

годы... Он был прекрасно образованным и умным. Но его ум не позволял ему продлить, так дико желанную, но уже потихонечку уходящую от него, драгоценную жизнь... И при всём при том, желая и не получая же- лаемого, Караффа прекрасно понимал — я знала КАК можно было дать ему то, за что он готов был платить самую дорогую на свете цену... Зна- ла, КАК можно было продлить его ускользающую жизнь. И «святого» Папу до сумасшествия бесило то, что он также прекрасно знал — он никогда от меня не добьётся желаемого . Дикая жажда жить пересиливала любые его человечес- кие чувства, если таковые когда- либо у него и зарождались... Теперь же это был лишь «заболевший» од- ной-единственной идеей человек, ус- транявший любые препятствия, попадавшиеся на пути к его вели- кой, но едва ли осуществимой цели... Караффа стал одержимым, кото- рый был готов на всё ради исполне- ния своего самого большого жела- ния — жить очень долго, чего бы это ему ни стоило... И я боялась... Каждый день ожидая, что его неу- гомонная злость обрушится вместо меня на моего бедного отца, или ещё хуже — на малышку Анну. Отец всё ещё находился в подвалах Караффы, который держал его там, не выпуская, но и не пытая, будто чего-то ждал. И это было страшнее, чем самая страшная реальность, так как больная фантазия «святого» Папы (по моему печальному опыту!) не имела границ, и было совершенно невозможно предугадать, что нас ожидало дальше... Анна же пока что была в относительной безопасно- сти, среди покоя и тишины, окружённая знанием, и охраняемая чистыми добрыми людьми... И могла находиться там до тех пор, пока её не вос- требует к себе непредсказуемый Святейший Папа. Глубоко уйдя в свои невесёлые думы, я остановилась у открытого настежь окна... Погода была на редкость приятной — мягкой, солнечной и тёплой. Пахло про- Светлана Левашова «Откровение». Детство 420 Джованни Пиетро Караффа