Откровение. Детство

Люди висели, сидели, лежали на ужасающих пыточных «инструментах», значения которых я даже не в состоянии была себе представить. Несколько совершенно спокойных, измазанных кровью человек не спеша занимались своей «работой», не испытывая при этом, видимо, никакой жалости, никаких угрызений совести, ни каких-либо малейших человеческих чувств... В комнате пахло палёным мясом, кровью и смертью. Полуживые люди стонали, плакали, кричали... а у некоторых уже не оставалось сил даже кричать. Они просто хрипели, не отзываясь на пытки, будто тряпичные куклы, которых судьба милостиво лишила каких-либо чувств... Меня изнутри взорвало! Я даже на мгновение забыла, что очень скоро стану одной из них... Вся моя бушующая сила вдруг выплеснулась наружу, и... пыточная комната перестала существовать... Остались только голые, залитые кровью стены и страшные, леденящие душу «ин- струменты» пыток... Все находившиеся там люди — и палачи и их жер- твы — бесследно исчезли. Караффа стоял бледный, как сама смерть и смотрел на меня, не отрываясь, пронизывая своими жуткими чёрными глазами, в которых плескалась злоба, осуждение, удивление и даже ка- кой-то странный, необъяснимый восторг... Он хранил гробовое молчание. И всю его внутреннюю борьбу отражало только лицо. Сам он был непо- движным, точно статуя... Он что-то решал. Мне было искренне жаль, ушедших в «другую жизнь», так зверски замученных и наверняка невиновных людей. Но я была абсолютно уверена в том, что для них моё неожиданное вмешательство явилось избавле- нием от всех ужасающих, бесчеловечных мук. Я видела, как уходили в другуюжизнь их чистые, светлые души, и в моём застывшем сердце пла- кала печаль... Это был первый раз за долгие годы моей сложной «ведьми- ной практики», когда я отняла драгоценную человеческуюжизнь... И ос- тавалось только надеяться, что там, в том другом, чистом и ласковом мире они обретут покой. Караффа болезненно всматривался в моё лицо, будто желая узнать, что побудило меня так поступить, зная, что по малейшему мановению его «светлейшей» руки, я тут же займу место «ушедших» и возможно, буду очень жестоко за это платить. Но я не раскаивалась... Я ликовала! Что хотя бы кому-то с моей помощью удал- ось спастись из его грязных лап. И наверняка моё лицо ему что-то ска- зало, так как в следующее мгновение Караффа судорожно схватил меня за руку и потащил к другой двери... Том 1. Глава 36. Изидора-2. Рим 359