Откровение. Детство

он меня понял, ничего не слышала, только понимала, что все мои не- навистные «тайны» уже позади, и теперь уж точно всё будет хорошо ... Я написала об этом дне рождения потому, что он оставил в моей душе глубокий след чего-то очень важного и очень доброго, без чего мой рассказ о себе наверняка оказался бы неполным... На следующий день всё снова казалось обычным и каждоднев- ным, как будто и не было вчера того невероятно счастливого дня ро- ждения... Привычные школьные и домашние заботы почти полно- стью загружали отпущенные сутками часы, а что оставалось — как всегда, было моим самым любимым временем, и использовать его я старалась очень «экономно», чтобы как можно больше полезного узнать , и как можно больше «необычного» в себе и во всём окружа- ющем отыскать... К «одарённому» соседскому мальчику меня, есте- ственно, не подпускали, объясняя тем, что малыш простыл, но как я чуть позже узнала от его старшего брата, мальчик чувствовал себя со- вершенно прекрасно и «болел» видимо только для меня... Было очень жаль, что его мать, которая наверняка прошла в своё время достато- чно «тернистый» путь того же самого «необычного», категорически не желала принять от меня никакую помощь, и старалась всячески огра- дить от меня своего милого, талантливого сынишку. Но это, опять-та- ки, был лишь один из множества тех горьких и обидных моментов мо- ей жизни, когда никто не нуждался в предлагаемой мною помощи , и та- ких «моментов» я теперь уже старалась как можно тщательнее избе- гать... Опять же — людям невозможно было что-то доказать, если они не хотели этого принимать. А доказывать свою правду «с огнём и ме- чом» я никогда не считала правильным, поэтому предпочитала оста- влять всё на самотёк до того момента, когда человек придёт ко мне сам и попросит ему помочь. От своих школьных подружек я снова чуточку отдалилась, так как в последнее время у них появились почти что постоянно одни и те же разговоры—какие мальчишки им больше всего нравятся, и как мо- жно было бы одного или другого «заполучить»... Откровенно говоря, я никак не могла понять, чем это так сильно их тогда привлекало, что они могли безжалостно тратить на это такие дорогие нам всем свободные ча- сы, и притом, находиться в совершенно восторженном состоянии от всего, друг другу сказанного или услышанного. Видимо, я для всей Светлана Левашова «Откровение». Детство 296