Откровение. Детство

На огромной площади, битком набитой «взвинченным» наро- дом, посередине зловеще возвышался эшафот... По маленьким, кри- вым ступенькам на него гордо поднималась смертельно бледная, очень худая и измученная, одетая в белое, женщина. Её коротко остриженные светлые волосы почти полностью скрывал скромный белый чепчик, а в усталых, покрасневших от слёз или бессонницы глазах отражалась глубокая беспросветная печаль... Чуть покачиваясь, так как, из-за туго завязанных за спиной рук, ей было сложно держать равновесие, женщина кое-как поднялась на помост, всё ещё, из по- следних сил пытаясь держаться прямо и гордо. Она стояла и смотрела в толпу, не опуская глаз и не показывая, как же по-настоящему ей бы- ло до ужаса страшно... И не было никого вокруг, чей дружеский взгляд мог бы согреть последние минуты её жизни... Никого, кто своим теплом мог бы помочь ей выстоять этот ужасающий миг, когда её жизнь должна была таким жестоким путём покинуть её... До этого бушевавшая, возбуждённая толпа вдруг неожиданно смолкла, как будто налетела на непреодолимое препятствие... Стояв- шие в передних рядах женщины молча плакали. Худенькая фигурка на эшафоте подошла к плахе и чуть споткнувшись, больно упала на колени. На несколько коротких секунд она подняла к небу своё изму- ченное, но уже умиротворённое близостью смерти лицо... глубоко вздохнула... и гордо посмотрев на палача, положила свою уставшую голову на плаху. Плачь становился громче, женщины закрывали детям глаза. Палач подошёл к гильотине.... — Господи! Нет!!! — Душераздирающе закричал Аксель. В тот же самый миг, в сером небе из-за туч вдруг выглянуло сол- нышко, будто освещая последний путь несчастной жертвы... Оно не- жно коснулось её бледной, страшно исхудавшей щеки, как бы ласко- во говоря последнее земное «прости». На эшафоте ярко блеснуло— тя- жёлый нож упал, разбрасывая яркие алые брызги... Толпа ахнула. Бе- локурая головка упала в корзину, всё было кончено... Красавица коро- лева ушла туда, где не было больше боли, не было издевательств... Был только покой. Вокруг стояла смертельная тишина. Больше не на что было смотреть. Так умерла нежная и добрая королева, до самой послед- ней минуты сумевшая стоять с гордо поднятой головой, которуюпотом так просто и безжалостно снёс тяжёлый нож кровавой гильотины... Светлана Левашова «Откровение». Детство 150