Основы Формирования Человечества. Часть 3.

Часть 3. Истинная суть и сущность веры и знания, как предтече стратегии перехода их в иное состояние 33 частности, точку зрения о принципиальной электромагнитной природе всех современных средств измерения, и их роли в выяснении границ экспериментальных и измерительных возможностей. Нынешние ограничения возможностей измерения многие исследования поставило в тупик; - Конечность (ограниченность) самого наблюдателя. К этому типу можно отнести следующие ограничения. Во-первых, вещественную природу человека. Человек, в целом являясь вещественным объектом, по крайней мере, в макроскопическом смысле, «вырезает» из целостного объективного мира, прежде всего ту его часть, которая вещественна или близка к таковой. Именно эту часть реальности человек и может постигать в своем миропонимании. С точки зрения радикального эмпирико- сенсуалистического подхода, именно ее субъект только и может видеть, как с помощью органов чувств, так и с помощью разума. При этом мышление, сознание, разум рассматриваются строго материалистически, как некие свойства кем-то высокоорганизованной материи. Нельзя исключать возможность того, что все остальные, очень удаленные от вещественного мира ментальные конструкции не имеют определенной референции в реальности, т.е. не так явно выражены материально, как люди. Одним из радикальных выражений последнего, является та часть копенгагенской интерпретации, которая допускает отказ от попыток описания квантовых объектов до выполнения процедуры измерения, вплоть до отрицания самого факта существования этих объектов. Во-вторых, человеческий организм пространственно конечен. Он также конечен во времени. Следовательно, наблюдатель имеет в этом смысле ограниченную отражающую и конструирующую гносеологическую потенцию с точки зрения ортодоксальных материалистических позиций. Это же касается и человечества в целом. Наконец, у человека только пять органов чувств, что также является принципиальным ограничением в познании реальности. Если считать, что реальность имеет бесконечно много качественно своеобразных свойств и состояний, то их постижение с помощью только пяти органов чувств, естественно, вызывает представление о принципиальной ограниченности такого познания, т.е. существует как бы только то, что мы видим или чувствуем. Но это не так. У сциентистов остается надежда на безграничные возможности разума. Однако, вряд ли можно надеяться на то, что природа может создать что-то абсолютное. Тем не менее, вряд ли можно сомневаться в том, что разум обладает еще гигантскими нереализованными возможностями и потенциалом. Конечность антропоморфного наблюдателя позволяет высказать предположение о принципиальной ограниченности любых антропоцентрических систем отсчета, причем не только физических, но и аксиологических, гносеологических и т.д. В связи с этим небезынтересен вопрос о том, может ли познание продолжаться