Источник Жизни. Часть 10

Николай Левашов «Источник Жизни. Часть 10. Вперёд в будущее» 50 Кстати, сад магнолий уникален и единственный в Европе, так как Светлана собрала в нём уникальные разновидности магнолий, многие из которых в Европе растут только в саду, созданном Светланой. За очень короткое время Светлана стала специалистом самого высокого уровня по растениям. По признанию профессора Жерара Шартье (Gerard Chartier) , она знала о растениях не меньше чем он сам, посвятивший этому более сорока лет своей жизни и ставший признанным авторитетом в своей области! Светлана изучила до нюансов и создание Японского сада, придумала принципиально новый вид деревьев-банзай. Параллельно этому, Светлана стала и крупнейшим специалистом искусствоведом. Она изучала творчество великих мастеров эпохи возрождения — Тициана, Рембрандта, Рафаэля и других, читая книги об их творчестве на латыни, итальянском, французском и английском, оригинальные документы того времени, когда они жили. Только о творчестве Тициане она прочитала более шестисот книг! И ещё работа над книгой «Откровение», сбор материала для нескольких других и многое, многое другое. И среди всего этого — наблюдение и фотографирование происходящего в наших французских владениях... многие тысячи фотографий, да каких фотографий! Практически каждая фотография — произведение искусства! Светлана очень тонко чувствовала природу, и её фотографии получались живыми. А ведь была ещё и другая деятельность, которой она посвятила свою жизнь, и из-за которой её так подло убили после многочисленных неудачных попыток... И эта деятельность отнимала много времени и сил, стоила огромного напряжения, но всё это дарило и радость, радость того, что ты делаешь всё, что в твоих силах, что ты горишь, а не тлеешь, что ты не ползаешь, а летаешь, что твои дела не ради твоей выгоды, а ради других, которые даже не подозревают о том, что делается ради них, и это делается не ради благодарности, а потому, что ты не можешь по-другому... Именно такой была и осталась Светлана... Она и потеряв своё физическое тело продолжает бороться и спасать других... но это тема другой повести... А часть её души продолжает жить в парке и саду магнолий наших французских владений... Моё первое появление в Замке не принесло мне радости, а только горечь и боль от потери. Некоторое время мне было не до фотографий... я думаю, нет надобности, объяснять причины этому. Только в последние несколько дней перед возвращением в Москву, я взял фотоаппарат и отправился осмотреть владения. Время моего приезда было определено не мной, а печальными обстоятельствами гибели Светланы. Конец ноября — не самое лучшее время для фотографирования. Многие растения находились в промежуточной фазе. Предыдущее плодоношение завершилось, а новое ещё не началось. Так что пришлось довольствоваться тем, что было. И даже в такое время было на что посмотреть! В конце ноября 2010 года на полянах всё ещё красовался Волосатый навозник — Coprinus comatusи ( Рис. 44 ). Название гриба говорит само за себя, но... в нашем парке нет навоза, и эти грибы растут на полянах, основой почвы которых является всё тот же известняк ( Рис. 45 , Рис. 46 и Рис. 47 ). И растут эти грибы среди молодой травы и опавших листьев, которые уже успели утратить яркость красок золотой осени. Всё-таки конец ноября... есть конец ноября, и в «дверь» уже стучится декабрь, первый месяц зимы. Не отстаёт от «волосатиков» и Аспарагусовый гриб — Asparagus mushroom . Эти грибы пытаются доказать своё превосходство над Волосатыми навозниками стройностью своей «фигуры» и высоким «ростом» ( Рис. 48 ). Устричный гриб — Pleurotus ostreatus , тоже показал свою шляпку на поляне ( Рис. 49 ). Шампиньоны как всегда на высоте, их весьма симпатичные шляпки можно увидеть и в феврале, и в ноябре ( Рис. 50 ), и вообще практически круглый год, только бы дождик не забыл оросить землю, и когда с дождями нет проблем — грибное царство круглый год! Трудно себе даже представить такое многообразие грибов в одном месте, причём грибов разных климатических поясов и разных эпох. Но факты дело серьёзное, от них просто так не отмахнёшься, как бы это ни хотелось оппонентам, которые с пеной у рта пытаются отрицать очевидное. Вопрос возникает только один: кто стоит за ними, кому выгодно, чтобы